С весны 2024 года белорусские власти используют новый способ атаки на тех, кто покинул страну по политическим мотивам — через принадлежащую им недвижимость. Эмигранты не могут приехать домой по соображениям безопасности, а любые сделки с жильем с 2023 года по белорусскому закону можно осуществлять только внутри страны. Как следствие, квартиры арестовывают и продают, из них выселяют квартирантов и опечатывают.
Недвижимость стала элементом психологического давления белорусских властей на политических эмигрантов — демонстрацией, насколько их собственность беззащитна перед государством.
Наложен арест. Вход запрещен
Светлана (она просит не указывать свое полное имя, опасаясь за свою безопасность), врач из Беларуси, сейчас живет в Польше. Этим летом она несколько недель искала человека, который осмелился бы сходить в подъезд ее дома, сделать и прислать ей фото — ее знакомые, оставшиеся в Минске, боялись даже этого. Один человек все-таки нашелся. На фотографии видно, что дверь квартиры Светланы в Минске заварили металлической планкой — теперь открыть ее невозможно. На двери повесили объявление — на имущество наложен арест.
Светлана долго жила в России, 9 августа 2020 года стояла в огромной очереди у посольства Беларуси в Москве из желающих проголосовать на президентских выборах. Ездила в Минск на одну из самых больших акций против Александра Лукашенко 16 августа, в последующие годы проводила пикеты у здания посольства. В 2022-м Светлана и ее семья уехали в Польшу, там она продолжила выходить на акции белорусской оппозиции.
За что и по какой статье на Светлану в Беларуси возбудили уголовное дело, из-за которого на квартиру наложен арест, она не знает. У правозащитников информации об этом нет, а найти юриста, который представлял бы ее интересы в Минске, практически невозможно — за политические дела они не берутся, опасаясь за собственную безопасность.
Светлана сдавала квартиру своему знакомому за символическую, говорит она, плату. Квартирант оплачивал коммунальные услуги и переводил небольшую сумму ее маме.
Его выселили силовики и даже дали время на то, чтобы собрать вещи. «Это уже редкость, просто повезло, — комментирует Светлана. — Мне известны случаи, когда двери заваривали прямо с вещами и документами тех, кто там жил». Узнать у квартиранта какие-то дополнительные подробности невозможно — он дал силовикам подписку о неразглашении.
Светлана говорит, что просто пустила всю эту ситуацию на самотек — все равно из-за границы что-то сделать невозможно. Коммунальные услуги оплачивать перестала. Говорит, что, возможно, однажды вернется в Беларусь и тогда займется квартирным вопросом. Или ее жилье просто пустят с молотка — такие случаи тоже были.
Квартира оппозиционного активиста из Гродно Сергея Веремеенко тоже под арестом — он эмигрировал в после начала массовых преследований, в Беларуси на него возбудили дело за «содействие экстремистской деятельности».
Издание Hrodna Life рассказало, что в начале сентября он с изумлением обнаружил, что на на продажу выставлены вещи из его квартиры — холодильник, стиральная машинка, зеркала.
Веремеенко сказал, что ему удалось найти человека, который купил его холодильник. Активист написал ему: зачем ты это сделал? Вопрос остался без ответа.
Как сделки купли-продажи стали политическими
В сентябре 2023 года Александр Лукашенко издал указ, который ограничивает функции дипломатических представительств Беларуси в странах мира.
Главное ограничение: эмигранты больше не могут оформить через посольства и консульства новые паспорта — для этого им нужно приехать в страну.
Для совершения сделок со своим имуществом им также надо будет вернуться — диппредставительства больше не выдают доверенности на куплю-продажу.
Осенью 2023-го белорусов в эмиграции больше всего волновали паспорта — приехать на родину и получить новый взамен истекающего для многих было невозможно из-за уголовных дел против них. Оппозиция во главе со Светланой Тихановской лоббировала идею о том, чтобы страны ЕС выдавали эмигрантам «паспорта Новой Беларуси» — пока безуспешно.
За прошедший год стало понятно, что под угрозой не только паспорта уехавших по политическим мотивам, но и их недвижимость — работающие в эмиграции оппозиционные белорусские СМИ в течение лета 2024-го рассказали о десятках случаев, когда на квартиры накладывали арест, выгоняли оттуда временных жильцов.
Известны несколько случаев, когда эмигранты все же продавали свое жилье — или с дисконтом за срочность, или за символическую плату, — чтобы оно было записано на другого человека. Но прокуратуры белорусских областей хотят опротестовать эти сделки как мошеннические — такие заявления уже поданы в суды.
Белорусская редакция «Радио Свобода» (российская редакция еще в 2017 году стала «иноагентом», а в феврале 2024-го — и «нежелательной организацией») в конце августа рассказала несколько таких историй.
Один политический эмигрант рассказал журналистам, что его сделку по продаже квартиры власти хотят признать недействительной. По его словам, риелтор, проводившая сделку, плакала в трубку, потому что она несет персональную ответственность за чистоту сделки и не понимает, как работать дальше — у человека на лбу не написано, является ли он оппонентом власти.
Списки зажиточных эмигрантов
О масштабах отъема недвижимости у белорусских политических мигрантов можно судить только по косвенным признакам — далеко не все готовы сделать эту информацию публичной, опасаясь за оставшихся в стране родственников.
25 марта 2024-го эмигранты в десятках стран мира на митингах и пикетах отмечали День воли — главный праздник оппозиции. В мае Следственный комитет сообщил, что в списке тех, чье жилье будет арестовано за это празднование, 104 фамилии.
В беседе с изданием «Зеркало» эмигранты рассказали, что в одном только Минске у следователей список насчитывает 200 человек.
«Безусловно, это можно назвать новой формой репрессий», — считает Леонид Морозов, советник по правовым вопросам лидера белорусской оппозиции Светланы Тихановской.
Юрист «Народного антикризисного управления» (это экспертная организация, созданная в 2020 году противниками Лукашенко) Михаил Кирилюк говорит Би-би-си, что для государственного бюджета деньги, полученные от продажи этих квартир, — совсем небольшие. Что для властей действительно важно, так это широкое освещение конфискаций — это способ политического и психологического давления.
«Власти хотят сделать так, чтобы уехавшие боялись давать интервью, выходить на митинги — даже в Варшаве и Вильнюсе. Эта цель достигается несколькими показательными процессами с минимальным задействованием ресурса», — говорит Кирилюк.
Белорусская пропаганда действительно широко освещает аресты недвижимости. Например, пропагандист с телеканала ОНТ Игорь Тур сделал об этом почти десятиминутный сюжет. По его логике, если белорусы за границей выступают против Лукашенко, то они солидаризируются с введенными против Беларуси западными санкциями, а раз так, то они должны компенсировать причиненный стране вред.
Продается квартира с детьми
Белорусские власти конфисковывали недвижимость оппозиционеров и до указа Лукашенко в сентябре 2023-го, но тогда это касалось только лидеров протеста.
Трехкомнатную квартиру, которая принадлежит Сергею Тихановскому, власти выставили на продажу в марте 2023 года. Тихановский, предприниматель и блогер, собирался баллотироваться в президенты в 2020 году. Его арестовали, и тогда свою кандидатуру выставила его жена Светлана. В итоге Тихановский отбывает в Беларуси 18-летний срок, его эмигрировавшая с детьми супруга получила 15 лет заочно.
Государство скорее всего конфисковало их квартиру после одного из этих приговоров. Точнее сказать нельзя: оба были зачитаны в закрытом режиме и целиком не публиковались. Известно только, что суд приговорил Тихановского и еще пятерых фигурантов его дела не только к тюремным срокам, но и к выплате 2,5 млн белорусских рублей (около 691 тысячи евро) «для выплат сотрудникам Министерства внутренних дел за дополнительное время на службе во время послевыборных протестов».
В марте 2023-го квартиру продать не получилось — не нашлось покупателей. Безуспешной была и следующая попытка, квартиру купили только с третьего раза.
В ней были зарегистрированы не только супруги Тихановские, но и их несовершеннолетние дети. Еще в 2003 году Верховный суд Беларуси постановил, что выписывать детей в никуда запрещено.
«Жилье является общим совместным имуществом супругов. Более того, оно является единственным местом жительства их несовершеннолетних детей. Поэтому его продажа даже со стороны белорусского национального законодательства очень сомнительна», — говорит Би-би-си Леонид Морозов.
К такому же выводу в беседе с «Зеркалом» пришли юристы белорусского проекта LegalHub (он анонимно и бесплатно консультирует граждан внутри страны и в эмиграции). «В данной ситуации остается высокий риск негативных правовых последствий для нового собственника указанного жилого помещения», — говорят они.
Политик и предприниматель Валерий Цепкало в 2020-м также пытался баллотироваться в президенты, а затем покинул страну и заочно получил 17 лет тюрьмы. По документам он продал свой дом лизинговой компании по цене ниже рыночной, а затем компания сдала жилье в аренду членам семьи политика. Суд признал эту схему мошеннической и аннулировал сделку. Квартира Валерия Цепкало в Минске также выставлена на продажу.
11 сентября 2024-го государственная площадка для электронных торгов «Белюробеспечение» выставила новый лот — офис, который принадлежал белорусскому предпринимателю Эдуарду Бабарико. Его отец Виктор пытался баллотироваться в президенты, но в июне 2020-го его арестовали и позже приговорили к 14 годам за неуплату налогов. Эдуарда арестовали тогда же, почти три года он сидел в ожидании рассмотрения дела, в июле 2023-го он получил восемь лет — тоже за неуплату налогов и организацию беспорядков. Виновным, как и отец, он себя не признал.
Продам квартиру. Лоялен
У эмигрантов нет способов защитить свою оставшуюся в Беларуси недвижимость. Юрист Михаил Кирилюк рассказывает, что ему известны случаи, когда люди на свой страх и риск ездили на родину через Россию — так больше шансов, что при прохождении погранконтроля их имени не будет в списках преследуемых. При этом жилье они продавали в срочном режиме — то есть, как правило, со скидкой.
Кирилюк говорит, что если такие сделки признают недействительными, то пострадают не столько эмигранты, сколько покупатели жилья, которые остаются в Беларуси и, по крайней мере публично, не против Лукашенко. «И это сознательный удар, демонстрация непримиримости», — говорит он.
Эмигранты, по его словам, буквально оказались в популярной в Беларуси поговорке «Горит сарай, гори и хата».
Давно эмигрировавшие люди думают, что, если они получили паспорта других стран, это может защитить их от преследования. Но это не так. Секретарь ассоциации белорусов в австралийском Перте Артем Ледовский сказал Би-би-си, что власти страны прямым текстом попросили людей с двумя гражданствами не посещать Беларусь — применить дипломатию в случае их ареста будет почти невозможно.
«У нас там родители, имущество, кто-то сдает его в аренду, кто-то получает наследство. И для того, чтобы провести обычную сделку, нужно еще и показать свою лояльность. Бред какой-то», — говорит Ледовский.
Он рассказывает, что на традиционной встрече эмигрантов выяснилось, что одному из членов комьюнити нужно съездить в Беларусь для сделки с недвижимостью. Это стало главной темой встречи. «А ты свои соцсети читал, а вдруг лейтенант уже давно скриншоты сделал?» — говорили ему эмигранты.
Советник Светланы Тихановской Леонид Морозов говорит, что вопрос о конфискованном имуществе встанет при «транзите Беларуси от диктатуры к демократии». Общие положения уже есть в 70-страничном документе под названием «Концепция о возмещении вреда репрессированным лицам», там предлагается компенсировать причиненный гражданам вред.
Читайте также:
На что способна армия Беларуси и насколько велика вероятность ее вступления в войну в Украине?
Над Беларусью уничтожены беспилотники, заявили военные. Чьи это дроны, они не уточнили
Беларусь на 31 году правления Лукашенко в графиках и схемах
